ТОП 10 лучших статей российской прессы за Апрель 12, 2016
Ключ на старт
Автор: Наталия Ячменникова. Российская газета
Какие сегодня космические приоритеты у России? Почему на МКС работают даже в праздник? Об этом и многом другом накануне Международного дня космонавтики и 55-летия полета Юрия Гагарина корреспондент "РГ" беседовал с генеральным директором Госкорпорации "Роскосмос" Игорем Комаровым.
Игорь Анатольевич, сразу о том, чего ждут все: на 27 апреля назначен первый пуск с космодрома "Восточный". Срок не меняется?
Игорь Комаров: Нет, идет предстартовая подготовка систем космодрома, ракеты-носителя и космических аппаратов. Очень символично, что первыми с нового космодрома полетят студенческие спутники - "Ломоносов", "Аист-2Д" и "Контакт-наноспутник". Вывоз ракеты "Союз-2" на стартовый стол запланирован на 23 апреля. Напомню: в конце марта состоялся "сухой вывоз" ракеты - комплексные испытания всего стартового комплекса космодрома Восточный. Положительные результаты испытаний позволили госкомиссии определить дату первого пуска 27 апреля, а резервную дату - 28 апреля.
График космических запусков в последнее время очень плотный. Чисто по-человечески: что вы испытываете, когда на ваших глазах от стартового стола отрывается ракета и устремляется ввысь?
Игорь Комаров: Я думаю, то же, что испытывают все, кто участвует в подготовке полета. Сильное волнение. А когда видишь, что все проходит успешно, то удовлетворение и гордость. Россия остается мировым лидером по пусковым услугам. И это - очень серьезная ответственность за работу, которую нам доверили выполнять.
Страна отмечает 55 лет полета Юрия Гагарина. Будете встречаться с Валентиной Ивановной Гагариной, с дочками первого космонавта?
Игорь Комаров: Да, планируем, у нас большие мероприятия и в ЦПК, и в Кремле. Будут встречи, концерт. Есть и мероприятия по всей России - флеш-мобы "Подними голову!!" с запуском воздушных шаров с портретом Юрия Гагарина в его честь. Это будет происходить 12 апреля во всех городах-миллионниках и в городах, связанных с жизнью первого космонавта планеты. Большое спасибо всем, кто нас поддерживает.
А как будет отмечать юбилей экипаж МКС? На орбите будет выходной?
Игорь Комаров: Нет. Рабочая программа лишь сократится, ведь МКС диктует свои правила. Но будут поздравления ЦУПа, видеосеанс с родными и близкими. Будет общий праздничный стол.
А сто граммов? Шутка.
Игорь Комаров: Уверен, что других атрибутов праздника будет достаточно, чтобы создать настроение.
Об ЭкзоМарсе
Какие новости от ЭкзоМарса, который летит к Красной планете? Кстати, вы знаете, с какой скоростью?
Игорь Комаров: Знаю. Скорость относительно Земли примерно 33000 километров в час. Но это не имеет значения - по законам космической баллистики важно задать правильный по величине и направлению импульс, что и сделал наш разгонный блок "Бриз-М" 14 марта. Теперь космический аппарат движется по инерции в поле тяготения Солнца. Аппарат был запущен, как говорят специалисты, "глубоко в допуске". То есть очень точно. Нашим европейским партнерам даже не потребовалось проводить первого из предусмотренных корректирующих импульсов, чтобы он шел четко по заданной траектории. А это экономия топлива, которая потенциально может позволить более длительное время работать аппарату. Сейчас проходит серия первых полетных проверок и калибровок аппаратуры и с 5 апреля начались первые тестовые включения и российских научных приборов. Основной центр управления полетом находится в Германии, а для приема научной информации через некоторое время будут задействованы и российские станции дальней космической связи. К обработке научной информации будут привлечены технические средства, размещенные в ИКИ РАН. Как нам сообщают европейские коллеги, полет идет штатно.
Когда первые научные результаты?
Игорь Комаров: Информацию, что аппарат начал работу на орбите Марса, получим 16 - 19 октября. О результатах можно будет говорить несколько позже. Старт второго этапа проекта ЭкзоМарса запланирован на 2018 - 2020 годы.
Почему такие ножницы в сроках?
Игорь Комаров: Есть пусковые "окна", которые определяются минимальным расстоянием между Землей и Марсом. Это учитывают баллистики, определяя дату, когда можно наиболее эффективно осуществить старт экспедиции на Марс. Ближайшее очередное "окно", которым мы собираемся воспользоваться, - в 2018 году. А вообще оптимальное окно для полета к Марсу открывается каждый раз в два года.
Известно, что Россия делает уникальную посадочную платформу для европейского марсохода. В каком состоянии эта работа?
Игорь Комаров: Работа напряженная, проект в глубокой кооперации с европейскими партнерами. Россия отвечает за посадочную платформу, которая доставит марсоход на поверхность планеты. Кроме марсохода "Пастер", на котором помимо европейских установлены два российских научных прибора, также на самой посадочной платформе размещается еще серьезный комплекс научных приборов, массой до 45 кг. При этом большая часть приборов на посадочной платформе - это зона ответственности наших российских ученых. После схода марсохода платформа начнет работать как долгоживущая автономная научная станция.
О космодроме Восточный
Космодром Восточный некоторые эксперты уже называют лучшим космодромом в мире. Это не преувеличение?
Игорь Комаров: Считаю, что Восточный - однозначно лучший. И по многим параметрам он превосходит мировые аналоги. Некоторые говорят, что это продолжение "Гагаринского старта" на Байконуре. Поверьте, они очень сильно заблуждаются - по уровню автоматизации, использования современных технологий и новых решений Восточному нет равных.
Многих поразили видеокадры, когда по рельсам мобильная башня обслуживания "наезжает" на ракету и как бы захватывает ее. Это наше ноу-хау?
Игорь Комаров: В истории российской космонавтики такая уникальная вертикальная конструкция будет использоваться впервые. Высота мобильной башни обслуживания на Восточном - 52 метра, вес - 1600 тонн. Она единственная в мире позволяет работать с ракетой-носителем при температурах от минус 40-50 градусов до плюс 30 и выше. Не только по своим размерам и массе, но и по количеству оборудования, которое там используется, обеспечивает и комфортные условия работы, и безопасность, мобильная башня не имеет аналогов.
Скажите, а почему мы отказались от пилотируемого запуска на корабле "Союз-МС" с Восточного?
Игорь Комаров: Из соображений оптимизации программ и ресурсов. Мы понимаем, что делать дополнительные проекты, которые требуют больших сил и средств, не всегда целесообразно, если можно воспользоваться имеющейся инфраструктурой. А на Байконуре действует замечательный "гагаринский старт", который успешно обеспечивает пилотируемые пуски на "Союзах".
Не распыляем средства?
Игорь Комаров: Да. Нам нужно как можно быстрее сделать перспективный пилотируемый корабль нового поколения. И реализовывать этот проект, которому не будет аналогов, сразу на "Восточном". Так мы экономим и силы, и средства. Уверен, таким образом максимально приблизим дату запуска нового корабля.
По планам, с 2018 года с Восточного будет делаться не менее 5 пусков, а потом 8-10 в год. В том числе коммерческих. Портфель заказов уже формируется? Интерес у Запада есть?
Игорь Комаров: Есть, и большой. На встречах с главами космических агентств мне всегда задают вопрос: как дела на Восточном, насколько быстро будем вводить его на полную мощность? За последний год мы сделали серьезный прорыв в заключении коммерческих контрактов. Подписали контракты на 31 пуск: из них 21 - "Союзов" и 10 "Протонов". Серьезную часть из перспективных пусков "Союзов", которые как раз начинаются с 2018 года, будем сразу ставить на Восточный.
О новой ФКП
Утверждена новая Федеральная космическая программа, бюджет которой изрядно похудел. Какие расставлены приоритеты?
Игорь Комаров: Скажу сразу: ничего принципиально важного не растеряли. Приоритеты определены основами государственной политики в области космической деятельности. Главный - сохранить и развить группировку космических аппаратов для народного хозяйства и науки. То, что дает конкретные результаты для жизни и работы на Земле, причем в ближайшем будущем. Второй приоритет - фундаментальные исследования в области космического пространства и дальнего космоса. И третий - пилотируемые полеты. Правительство РФ одобрило Федеральную космической программу на 2016-2025 год с объемом финансирования в 1 трлн 406 млрд рублей. При том, что программа с учетом разработанных в 2014 году проектов должна была стоить 2 трлн 850 млрд руб.
Главный конструктор Сергей Королев сказал однажды: "Ракета под водой - это абсурд. Но именно поэтому я возьмусь сделать это". Времена Королева ушли? Сегодня все подчиняется прагматизму и цифре?
Игорь Комаров: Я думаю, и тогда гений основывался на очень четком расчете и понимании, как достичь колоссальных и, казалось бы, неподъемных для того времени задач. Сочетание цифр и научного подхода, вместе с полетом мысли обеспечило и первый полет космонавта, и запуск первого спутника, и первый выход человека в космос, и другие наши достижения в космосе. Может ли Россия сегодня совершить полет на Марс, на Луну, создать новую орбитальную станцию, сверхтяжелую ракету-носитель? Может. Реально есть и технические возможности, и заделы. Но предстоит серьезная работа с предприятиями промышленности. Их надо поднять на необходимый уровень и улучшить финансовое положение, менеджмент. Серьезно провести оптимизацию их структур, мощностей и всего остального. Это ключевое условие, чтобы нам дальше двигаться мобильными, сильными. И совершить рывок, который, конечно же, готовим.
В программе есть "задельные" работы для рывка?
Игорь Комаров: Разумеется. И это важный раздел программы. Он касается и материалов, и перспективных двигателей, включая электрореактивные, и космических буксиров на альтернативных видах топлива. Эти и многие другие работы позволят в перспективе, на втором этапе реализации программы сделать серьезный прорыв.
Почему сверхтяжелая ракета попала в "задельные" программы?
Игорь Комаров: Этому проекту мы уделяем особое внимание. Надо честно сказать, что до 2030 года мы не видим полезных нагрузок, которые можно и нужно было бы выводить с помощью сверхтяжелой ракеты. Проект не будет окупаемым, что во многом определяет скорость его реализации и востребованность. Но мы ответственно говорим, что не собираемся его бросать. В дальнейшей перспективе эта ракета-носитель будет востребована для лунных и марсианских экспедиций. А также и для развития космонавтики на низкой околоземной орбите. Разработка ракеты среднего класса "Феникс" - начало пути создания ракеты-носителя сверхтяжелого класса. Она может быть использована как первая ступень сверхтяжелой ракеты. Кстати, мнения по сверхтяжелой ракете у экспертов разделились. В Америке одни считают, что создание американского "тяжеловеса" SLS - это излишнее расточительство, другие эксперты убеждены, что это вопрос национальной безопасности. То же самое и у нас.
Всегда ли космические разработки должны быть самоокупаемы?
Игорь Комаров: Конечно, нет. Понятно, что исследования в области воздействия на человеческий организм невесомости, радиоактивного излучения, работы по созданию лунной базы, полета человека на Марс вряд ли будут приносить коммерческий результат в течение ближайших десятилетий. Тем не менее, это точно нужно делать, но разумно, с учетом имеющихся ресурсов, поэтому наша задача - правильно распределять силы.
О Луне
Многие критикуют новую российскую программу за отсутствие амбиций: мол, даже отказались от серьезной лунной программы. Это не так?
Игорь Комаров: Нет - мы планируем до 2025 года запустить к Луне пять космических "автоматов". На них отработаем все программы будущей пилотируемой лунной экспедиции. Подчеркиваю - все пять в рамках первого этапа Лунной программы запланированы к пуску с космодрома Восточный. В программе - работы по созданию ракеты-носителя среднего класса нового поколения, ракеты-носителя тяжелого класса повышенной грузоподъемности до 37,5 тонн и межорбитальных буксиров. Такой вариант позволяет гарантированно и эффективно подготовиться к пилотируемому облету Луны и к высадке на нее российских космонавтов к 2030-му году.
Какой объем финансирования предусмотрен ФКП на изучение Луны?
Игорь Комаров: 38,6 млрд рублей. Как я уже говорил, программа предусматривает запуск к Луне пяти космических аппаратов, проведение исследований Луны в районе южного полюса с орбиты её искусственного спутника, детальные контактные исследования южнополярной области Луны и доставку образцов лунного грунта на Землю.
Правильно ли я понимаю, что конструкторский задел должен делаться уже сейчас?
Игорь Комаров: Безусловно. Мотивация ученых и конструкторов очень серьезная. Важную часть работы по определению облика и технических параметров лунной программы, перспективной космической техники, ракеты-носителя "Феникс" и ракеты-носителя сверхтяжелого класса мы должны провести уже в этом году.
О науке
Ученые сокрушаются, что из программы ушли работы по солнечно-земным связям. Это так?
Игорь Комаров: Не так. Меньше всего сокращению подвергся как раз раздел ФКП, который касается фундаментальных научных исследований. И на заседании Правительства президент РАН Владимир Фортов с удовлетворением отмечал, что в программе удалось сохранить научный раздел. В частности, мы запланировали, что до 2025 года Россия потратит на фундаментальные космические исследования более 140 млрд рублей. Из них 18,6 млрд собираемся потратить на развертывание космических систем для глобального стереобзора Солнца, контроля солнечной активности и космической погоды. Это проекты "АРКА" и "Резонанс".
Кстати, а что за проект "Экспедиция-М", в рамках которого готовится "сменщик" миссии "Фобос-Грунт"? Кто в нем участвует?
Игорь Комаров: "Экспедиция-М" - это автоматический аппарат, который не только отправится к Марсу для исследований, но еще и доставит обратно на Землю образцы грунта с одного из спутников Красной планеты. Старт может состояться в 2024 году.
Об МКС
Как будет развиваться российский сегмент МКС? Не получится так, что он войдет в полную силу, а сама станция к этому времени уже выработает свой ресурс?
Игорь Комаров: Очень правильный вопрос. И опасения такие были. Как вы знаете, со странами-партнерами мы достигли договоренности, что МКС будет эксплуатироваться до 2024 года. За это время российский сегмент должен прирасти новыми модулями: в 2017-м году - многофункциональным лабораторным, в 2018-м - узловым, а в 2019-м - энергетическим модулем. Но мы изменили технические требования к этим модулям - они должны не только обеспечивать полет МКС. Если будет принято решение не продлевать эксплуатацию станции после 2024 года, они должны функционировать самостоятельно и при отделении от станции.
Вопрос о создании национальной космической станции пока не рассматривается?
Игорь Комаров: Мы готовы это сделать в случае возникновения определенных обстоятельств. Но считаем, и видим в реальности каждый день, что перспективнее и эффективнее работать в партнерстве с другими странами. Будет ли новая станция отличаться от МКС? Конечно, будет. Она будет другой и другой конфигурации. Принципиально мы договорились, что если страны "космического клуба" готовы участвовать, то для них двери открыты.
Россия по-прежнему получает сигнал связи от МКС только через американский сегмент?
Игорь Комаров: Не только. МКС была спроектирована так, что за высококачественный сигнал отвечает американская сторона. А Россия отвечает за другое, в частности, за системы ориентации и т.д. Но мы не стоим на месте - создана отечественная геостационарная космическая система "Луч", обеспечивающая возможность практически круглосуточной связи с МКС и нашими космическими кораблями "Союз" и "Прогресс". И в ближайшее время с помощью этой системы планируем начать практическую отработку обеспечения высококачественной круглосуточной скоростной связью наш сегмент МКС.
Многие уважаемые космонавты считают, что наиболее эффективная и перспективная орбитальная инфраструктура - это несколько платформ вокруг небольшой станции, которая служит гостиницей. Принцип: подлетели, провели эксперименты, результаты сняли, что-то подремонтировали и обратно. Как вам такая перспектива?
Игорь Комаров: Она имеет право на жизнь.
О пилотируемых полетах
Говорят, что из всей тематики перспективной орбитальной структуры в программе осталась лишь разработка космического робота с началом летных испытаний в 2020 году?
Игорь Комаров: Да, многие работы в силу ограниченности ресурсов, пришлось сдвинуть. Но мы намерены сейчас при возможности и дополнительном финансировании, при уточнении плана совместных работ с другими агентствами, сдвинуть эти работы влево. И реализовывать их раньше. Не меньше 30 млрд рублей, заработанных нами на коммерческих проектах, в этом году мы направим на финансовое оздоровление предприятий. Сумма, конечно, внушительная. Но она необходима для инициирования многих проектов и обеспечения их финансирования. В пилотируемой программе до 2025 года Роскосмос будет ориентироваться на "Ангару". Мы расширяем научную программу и практические эксперименты на МКС, о чем договорились с администратором НАСА Чарльзом Болденом.
Журнал Fortune включил участника годового полета на МКС российского космонавта Михаила Корниенко в список величайших лидеров мира. Будет ли повторен годовой полет на МСК?
Игорь Комаров: Желание есть - и у нас, и у американцев. После возвращения Корниенко и Келли мы видим не только удовлетворение, но и энтузиазм. И желание работать вместе, продолжать сотрудничество в программе подготовки к долгосрочным миссиям на Луну и Марс. Для нас это не первый длительный, а для американцев - первый годовой полет. За время этого полета проведены более 70 научных экспериментов, из них около 50 - принципиально новых.
Как вы относитесь к космическому туризму?
Игорь Комаров: Я отношусь нормально, и даже с интересом.
После британской поп-певицы Сары Брайтман, которая вроде как прошла первоначальную космическую подготовку и отказалась от полета, пока реально никого нет?
Игорь Комаров: Желающие есть, но я бы не сказал, что это налаженный процесс. И не готов обещать, что ежегодно будем какое-то количество туристов направлять на МКС. Пока это дело "штучное".
О спутниках
К 2025 году наша спутниковая группировка увеличится до 73 аппаратов. Как Россия выглядит на мировой арене?
Игорь Комаров: Роскосмос планирует с 2016 по 2025 годы вывести на орбиту 44 космических аппарата. С точки зрения дистанционного зондирования Земли мы сейчас уже работаем с аппаратами разрешением 0,7 метра и полметра. А в перспективе нужно выходить на 0,25 и 0,2 метра. Срок службы перспективных спутников должен быть не менее 15 лет, на уровне лучших мировых аппаратов. Интересно также и направление по обслуживанию спутников на орбите.
Что вы имеете в виду?
Игорь Комаров: Возможности замены блоков, дозаправки. И еще одно направление, которое будет развиваться в ближайшие годы, это работа с космическим мусором.
Прошла информация, что Россия будет продавать данные ДЗЗ высокого разрешения дешевле иностранцев. Все правильно?
Игорь Комаров: Правильно. Роскосмос создал условия для коммерческого распространения данных дистанционного зондирования Земли по ценам ниже, чем у зарубежных конкурентов. Как для российских, так и мировых пользователей. При этом хочу напомнить, что российские государственные потребители получают и продолжат получать информацию ДЗЗ с наших космических аппаратов бесплатно.
По данным аналитиков, российские спутники на 30-75 процентов состоят из импортных комплектующих. А перспективные - на все 90 процентов. Как решается проблема импортозамещения?
Игорь Комаров: Программа импортозамещения разработана, и мы ее успешно реализуем, что позволяет нам не снижать темпы работы над проектами. А в перспективе надо говорить не столько об импортозамещении, сколько об импортонезависимости. Ни одна страна в мире не производит полностью весь набор комплектующих, которых в ракете может быть до 10 тысяч. По космическому аппарату это сделать просто невозможно ни в США, ни в Европе. Все используют мировую кооперацию. Но по ключевым узлам или компонентам мы хотим быть импортонезависимыми, то есть производить сами самые важные и критические элементы и приборы, и иметь таких партнеров, с которыми вряд ли что-то произойдет принципиальное, что поменяло бы наши планы. И это особенно важно в связи с тем, что ракетная техника разрабатывается не быстро - пять и более лет, по ряду проектов и того дольше. Сроки зависят от категории космических аппаратов и их назначения.
Будут ли для пусков новых аппаратов ГЛОНАСС использоваться "Протоны"? Или две аварии за последние годы подпортили репутацию этих ракет-носителей?
Игорь Комаров: Мы видим перспективу "Протонов", кстати, ее видят и наши клиенты. Сейчас появляются заявки на пуски с помощью "Протонов" - из-за постоянных сдвижек "вправо" у компании СпейсХ. И контракт на 10 пусков с помощью "Протонов", о котором я уже говорил, реальное доказательство перспективы этой ракеты-носителя.
С авариями "Протонов" разобрались полностью?
Игорь Комаров: Разобрались и нашли причину. Испытания на земле и уже проведенные пуски позволяют сказать, что мы нашли правильное решение.
А что за непонятная ситуация со спутником "Ресурс-П", который был запущен в середине марта? Правда, что мы его чуть не потеряли?
Игорь Комаров: Неправда. Действительно, у "Ресурса-П" не полностью раскрылась одна из панелей солнечной батареи. Сейчас предпринимаются определенные меры. Но у нас уже сейчас есть все основания считать, что спутник полностью выполнит свои функции, все его системы работают нормально. Летные испытания аппарата, как обычно, будут проводиться в течение 60-ти дней от момента пуска. Кстати, первые снимки с этого аппарата можно посмотреть на нашем сайте.
О ракетах
Скажите, почему номенклатуру ракетного парка решили сократить с 8 до 2 типорядов носителей? Не потеряет ли Россия лидерство в космических запусках?
Игорь Комаров: Вот как раз, чтобы не потерять лидерства. И чтобы быть более эффективными. Мы исходим из необходимости максимальной унификации и повышения серийности средств выведения. Цель - обеспечить качественные безаварийные пуски, которые достигаются как раз количеством однотипных запусков на одинаковых ракетах-носителях.
Какими особенными характеристиками будет обладать ракета "Феникс", которая разрабатывается на смену "Союзам" и "Зенитам"?
Игорь Комаров: Думаю, будет отличаться не столько двигательной системой, сколько системой управления, подготовки к старту, степенью автоматизации и контроля за всей работой. Носитель должен быть моноблочным и способным вывести на низкую околоземную орбиту не менее 9 тонн полезной нагрузки. Повторю: предполагается, что ракета "Феникс" станет первой ступенью для перспективной ракеты-носителя сверхтяжелого класса.
Американцы не прекращают эксперименты по возвращению первой ступени ракеты "Фалькон". Эксперты говорят, что возвращение двигателей - не только очень интересная, но и экономически эффективная идея. А что у нас? Опять "задел"?
Игорь Комаров: Идея интересная, хотя и неновая. Наш двигатель РД-171, который применялся для ракеты-носителя "Энергия" в программе многоразового корабля "Буран", создавался с расчетом даже на 25-кратное использование. Все аналоги, которые потом появились на его базе - РД-180, РД-191 - тоже в определенной степени были сделаны с учетом многоразового использования. Но двигатель - лишь один из инструментов реализации задачи. Проект многоразового корабля в свое время стал технологическим прорывом, но одновременно и экономической катастрофой - и для СССР, и для США. К тому же не все в порядке было в программе Шаттлов и с надежностью. Спейс Х сузил задачу с многоразового корабля до возвращаемой первой ступени, но и здесь до достижения необходимой надежности и тем более - заявленной эффективности и окупаемости еще далеко. Но я уверен, что в будущем вопросы надежности и эффективности возвращаемой первой ступени будут решены, и мы будем работать над этим.
ЦПК выступил с инициативой проводить в Международный день космонавтики "Гагаринский урок". Как вы к этому относитесь?
Игорь Комаров: Отлично отношусь - мы это поддержали. А сам Роскосмос выступил с инициативой вернуть астрономию в школы, хотя бы факультативно для начала. Мы, со своей стороны, готовы помочь с видеоматериалами и методическими пособиями. Помимо этого, с 2016 года будем выплачивать стипендии лучшим студентам ВУЗов, которые добились выдающихся успехов в научных исследованиях и рационализаторской работе, связанной с пилотируемой космонавтикой и ее продвижением, популяризацией.
Кстати
Когда готовился материал, появилось сообщение, что во Франции по делу ЮКОСа арестованы 700 миллионов долларов активов Роскосмоса и предприятия "Космическая связь". "Эта история началась не сегодня" ,- сказал "РГ" Игорь Комаров. - Пока идут судебные действия лучше не комментировать. Но могу сказать: у нас хорошие шансы получить заработанные нами деньги".
- Поделиться в
Коментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189584/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189562/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189521/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189464/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189447/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189403/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189387/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189336/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189307/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189269/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189242/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189228/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189191/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189140/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189067/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189012/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/188999/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/188972/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/188917/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/188887/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)